Странная просьба

Утром Тёма приходит на работу уже на взводе. Не то чтобы волнуется — просто весь день краем глаза держит проход между столами. Кто-то идёт мимо — Тёма на долю секунды вскидывает глаза: не Олег ли. Сам себе обещал не накручивать, эмоции лучше держать под контролем, — но обещание не держится.

Ближе к обеду к нему и правда подсаживается Олег — тот самый, сухой, чуть сварливый разраб, из старой школы, из тех, кто всё на свете видал и ничему не удивляется. Механическая клавиатура клацает у него под пальцами как печатная машинка, на столе торчит колючий кактус, а рядом — Тёма косится — стоит жёлтая резиновая утка, такая, какие в ванну детям кладут. Олег ставит свой стул так, чтобы было видно Тёмин экран, и говорит сухо, по-уставному, словно зачитывает разнарядку:

— Артём. Слушай сюда.

Тёму это «Артём» слегка царапает — холодное, как у врача в регистратуре, ни на грамм теплее, чем нужно. В офисе его все зовут Тёмой, а этот будто специально держит дистанцию полным именем. Но цепляет Тёму не имя, а утка.

— Слушай, — буднично продолжает Олег. — Сверху затеяли эксперимент с новым ИИ-инструментом. Claude Code называется. Тебе предлагают попробовать.

Тёма слушает вполуха — взгляд так и липнет к жёлтой утке.

— Дядь Олег, — кивает он на неё с самой невинной рожей, — это чё за уточка? Детство, что ли, вспомнил? В ванной не хватает?

«Дядь Олег» у Тёмы выходит с иронией: вслух — почтение к старшему, мастеру, а на самом деле — лёгкий подкол, мол, дед ты, Олег, древний. Олег это «дядь» ловит, но толкует на свой лад — слышит уважение к стажу и едва заметно довольно щурится. Оба остаются при своём.

— Это рабочая вещь, не игрушка, — буркает Олег и отодвигает утку чуть в сторону, будто прикрывая. — И звать его Васька. Подрастёшь — расскажу зачем. Не лапай.

Тёма прячет ухмылку. Взрослый мужик, а в ванной игрушки держит — поле непаханое для приколов. Про себя он уже решил: при случае непременно утрёт этому занудному дяде Олегу нос — со всеми его кактусами, утками и клацающей клавиатурой из 19 века. Простите, из 20-го.

И вот тут у Тёмы внутри щёлкает разом. Именно Олег. Именно сегодня. И предложение — слово в слово, как вчера прилетело сквозь помехи. Вчерашнее сообщение «завтра ... Олег ... эксперимент» прямо про Олега перед ним и так точно, что на случайность это уже не спишешь.

Скепсис не испаряется совсем — где-то на фоне ещё крутится мысль «ну мало ли, может, про эксперимент полофиса в курсе». Но верится слабо. Тот, из мессенджера, знал про сегодняшний день больше, чем мог бы знать случайный человек с улицы.

Олег не давит и не настаивает. Наоборот, сразу сдаёт назад:

— Вообще-то можно отказаться, имей в виду. Я сам от этой ИИ-штуки не в восторге, — и интонация у него ровно такая, с какой старые сотрудники говорят про очередную модную затею начальства. — Другие уже отказывались, к стенке за это никого не ставят. Не зайдёт — ну и ладно.

А Тёму это только раззадоривает. Будь день обычный, он бы и сам отказался — лишняя возня с непонятной программой, кому надо. Но день не обычный. Если все ушли в сторону, а ему вчера сквозь помехи ткнули именно в эту дверь — значит, в неё и идти. Чем легче отговаривают, тем сильнее тянет глянуть, что за ней.

Он соглашается так быстро, что Олег чуть приподнимает бровь. Но как только Олег на что-то отвлекается, Тёма строчит в чат Артёму2036:

Тёма перечитывает закрашенные строки дважды. Вот тебе раз. Ну раз уж ты сам добавился к человеку — ну разложи ты ему всё по полочкам. А вместо инструкции, сквозь чёрные плашки, целым проходит ровно одно — «спроси того, кто рядом». Его, считай, отправляют обратно, к его коллегам за соседними столами.

Но за раздражением приходит и отрезвление. Кто бы незнакомец там ни был, проживать день за Тёму он явно не нанимался. Максимум — ткнуть пальцем в дверь, а входить Тёме самому, своими ногами. И логика тут есть: никакие инструкции из мессенджера всё равно бы его ничему не научили. Тёма убирает телефон в карман и поворачивается к Олегу — раз уж тот и есть «тот, кто рядом».

— Слушай, скажу честно, — выдаёт он то, в чём обычно стесняются признаваться. — Я про этот Claude Code даже не слышал. Что это вообще такое? Мне его качать откуда-то надо, ставить, настраивать?

— Надо, — кивает Олег и придвигает к себе блокнот. — Записывай, а то забудешь половину.

И начинает перечислять.

Сам агент. Утилита для распознования речи, если диктовать захочешь, и к ней отдельно движок — полгигабайта почти. Пара расширений к ИИ-агенту. Дальше... среда разработки, к ней три плагина. Потом вторая среда, на выбор, к ней ещё два плагина. Node, Python, Java, сборщик к ней. Гит, а на винде к нему ещё отдельный терминал.

Тёма считает пальцем по строчкам и сбивается на втором десятке.

— Дядь Олег. Сколько это всего?

— Восемнадцать, — говорит Олег буднично. — Плюс залогиниться придётся в паре мест, ключи прописать. Если сядешь прямо сейчас и не будешь отвлекаться — к вечеру, думаю, управишься.

— К вечеру?!

— А ты как хотел, — Олег даже слегка удивляется. — Это тебе не приложенице из магазина поставить. Нормальное рабочее место разработчика собирается день, и это ещё если ничего не отвалится. У меня в первый раз три дня ушло, правда, там и интернет был другой.

Он допивает кофе, поднимается и уже от прохода бросает через плечо:

— Так что настраивайся на длинный вечер. Будут проблемы — зови, подскажу, где что скачать.

Он уходит. Тёма остаётся один на один с блокнотом, в котором восемнадцать пунктов, и с ясным пониманием: сегодня он не сделает ничего. Вообще ничего. Весь день уйдёт на то, чтобы просто подготовиться к работе.

Он тоскливо тянется к телефону — и видит, что в чате уже висит сообщение от Артёма2036, пришедшее пару минут назад, пока Олег диктовал свой список.

Чёрных плашек в нём почти нет.

Тёма перечитывает дважды.

Потом смотрит на блокнот с восемнадцатью пунктами. Потом снова в чат.

Артём2036

в сети

— Так что мне делать?

— С кем знакомиться-то?

Пара секунд и приходит ответ.

— Открой задачу. Справа будет панель — если свёрнута, разверни.

Следом падает вторая строка:

— Внизу поле для ввода. Пишешь словами, как в мессенджере. Ну и поздороваться не забудь.